Дядя Лёва

Общение на любую тему

Дядя Лёва

Сообщение Яша Лиман » Ср янв 22, 2014 6:04 pm

Детство — та пора воспоминания, о которой с каждым годом становятся всё ценнее. Одним из ярких воспоминаний моего отрочества являются события, связанные с замечательной четой: тётей Натой и дядей Лёвой. Эта пожилая пара жила в нашем доме несколькими этажами выше нас, они были одиноки, детей у них не было, а родственники давно уехали на жительство в землю обетованную. Единственным родным существом был для них Луи, пудель с умными глазами. Этого пуделя мне доверяли выгуливать. Для меня это было в радость, собственно, как и для Луи. Со мной он мог часами бегать по улице, а я, мечтавший о своей собаке, чувствовал, что моя мечта в некотором роде осуществилась. Когда, нагулявшись, я возвращал Луи хозяевам, они приглашали меня пить чай. Тётя Ната заваривала очень вкусный чай с чабрецом и смородиной, к чаю предлагались разные угощения, так что прогулки приносили мне двойную выгоду.
За чаепитием я с удовольствием слушал интересные истории в исполнении дяди Лёвы. А рассказать было что — до выхода на пенсию он работал корреспондентом в московском журнале и объехал с рабочими командировками весь Советский Союз.
Но самая запоминающаяся история, которую поведал мне Лев Борисович, была историей его детства. Родился он в 1934 году в Беларуси, в Гомельской области. Это были непростые годы. Отец дяди Лёвы, врач по профессии, был арестован в 1937 году, а четверо детей, младшим из которых был Лев, остались полностью на попечении матери, Розы Генриховны.
Особенно тяжёлой для семьи оказалась зима 1938 года.
— Если бы не соседи, умерли бы мы все с голода, — говорил Лев Борисович, — ничего у нас не осталось. Последнее, что могли, меняли на хлеб.
А ещё зима 1938 забрала старшую сестру Дину.
На следующий год семья Левинсонов перебралась к родственникам в Минск. Дядя Розы Генриховны выхлопотал для племянницы комнату в коммуналке,
— Комната была такая маленькая, что когда мы с двумя старшими братьями ложились спать на тюфяки, комната оказывалась перекрыта поперёк, —грустно усмехаясь, рассказывал дядя Лев.
Вскоре жизнь нагоревавшейся семьи стала налаживаться — мать устроилась на крупное предприятие бухгалтером, не переставали помогать и мамины родственники.
К сожалению, облегчение было недолгим — через два года, когда Льву исполнилось 7 лет, началась Великая Отечественная война. Уже в конце июня 1941 года Минск был оккупирован немцами. А вскоре фашисты арестовали семью Льва.
— Когда к нам ночью пришли, матери даже не дали взять ни одной вещи, выгнали прикладами мать и нас из нашей комнатки в чём были, а на дворе уже осень была…
Семья дяди Лёвы была отправлена в расположенный под Минском Малый Тростенец, немецкий лагерь смерти. Подробности пребывания в немецком лагере Лев Борисович не рассказывал, для него воспоминания об этом были весьма болезненны.
— Я видел детей, умиравших от голода, которые обгладывали пальчики на руках. Чем меньше ребёнок, тем он больше страдает от голода, а голод был страшный…
Зимой 1942 среди ослабленных узников началась вспышка тифа, заболел старший брат Натан и средний Борис, заболела и Роза Генриховна, болезнь пережила только мать…
— Мы завидовали мёртвым, — говорил дядя Лев. — Покойники не страдали, не испытывали голода и жажды, не были в постоянном страхе и унижении.
Несмотря на постоянный голод, издевательства и болезни, узников заставляли тяжело работать. Тех, кто с нею не справлялся, пытали, расстреливали, закапывая в общих могилах.
В 1944 году, когда немцы под натиском советской армии отступали, в лагере начались массовые расстрелы и сожжения. Среди прочих была казнена и Роза Генриховна…
— Я не знаю, как мне удалось уцелеть, — говорил дядя Лев. — Было такое чувство, что я был невидим для наших мучителей, они меня совсем не замечали…
После освобождения Минска оставшиеся немногочисленные узники были освобождены. Лев, оставшийся без родственников, был отправлен в детский дом.
— Я всё время боялся, что опять буду голодать, прятал оставшийся от обеда хлеб под подушку, — так завершал свой рассказ дядя Лев и замолкал, по щекам у него текли слёзы…
Прошло уже больше десяти лет, как не стало Льва Борисовича, тётя Ната, оставшись одна, уехала к родственникам в Израиль.
Как память о моих необычных друзьях у меня хранится наша общая фотография. На ней мы все вместе: тётя Ната, дядя Лев и я, держащий на руках Луи.
Яша Лиман
 
Сообщения: 1
Зарегистрирован: Ср янв 22, 2014 6:01 pm

Вернуться в Свободные темы

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1

cron